bratbartolo (bratbartolo) wrote,
bratbartolo
bratbartolo

Памятник Александру Третьему.



Помнится, в середине семидесятых, в Русском музее, переходя по подвесному переходу из корпуса Бенуа в основной корпус, можно было увидеть мельком, сквозь щелочку в складках порьеры захламленный двор, и, среди этого бурелома чугунную кубанку и покатые плечи "державного основателя великаго сибирскаго пути". По реальному возникновению и водружению на постамент, над памятником только и висела как дым проблема "Куда бы пристроить его с глаз долой?". Когда памятник был открыт и освящен, все ахнули. Конфуз был великий - на глазах, считай, все это отливалось и возвеличивалось, а выявилась в реальности сомнительная по своему назначению (быть всенародно созерцаемым памятником), работа. Многие, в том числе и в царствующей фамилии восприняли монумент политической карикатурой.
Как могло произойти такое, как просмотрели? По пути от эскиза, представляемого на конкурсную комиссию и реальным монументом такое бывает нередко. Увеличенная в размерах скульптура обретает вдруг свойства, совсем не предусмотренные. В эскизе "салонного" размера эта работа князя выглядит как круто заряженная энергией композиция, очень здорово вписанная архитекторами в ланшафт площади, выгодно перекликающаяся с арками Николаевского вокзала, с объемами и вертикалями Знаменской церкви справа. Перспектива Невского проспекта "сочилась" сквозь его выразительный сильный профиль.
Конь и человек. Россия и император ее. Этот рычащий, тупо роющий землю очумелый битюг может сейчас разогнуться и разнести здесь все, но, грузно сидящая на нем, колыхающаяся "многоэтажная"  фигура Александра выглядит "мерцающим" стабилизирующим фактором на массивном, слитом с конем основании, по принципу китайского болванчика, где колыхающаяся головка вызывает дополнительное чувство устойчивости. По преданию, позирующий на коне натурщик, какой- то городовой, похожий на императора, вообще не умел ездить верхом, (что, конечно, редкость для 19 столетия) и эта зыбкая робость чувствуется за внешней вальяжностью.
В салонном варианте выходят в первый ряд замечательные формальные качества скульптуры, И в реальном "памятниковом" виде эти качества тоже хорошо видны, но, чудищу- публике нужно еще многое другое, а в первую очередь, "уважение" к ней, шаг к ней навстречу. А князь Павел плевать хотел на все это ...



В искусстве выгодной подачи скульптуры, все зиждется на работе архитектора. Возносящий памятник подиум и воздух, который будет потом его окутывать, - эти элементы должны составлять с памятником одно целое. На площади монумент возвышался на густо - красном "комоде" валаамского гранита: "Стоит комод, на комоде - бегемот ..." - едко подметили современники - зубоскалы ... Повторюсь,частное видение и оригинальное раскрытие образа тогда сильно и непримиримо пошли вразрез с традиционной, вековой памятниковой "вилкой".
В 90е, памятник притащили сюда, во двор Строгановского дворца, Здесь ему явно тесно, но есть попытка отойти от общественного и целиком погрузиться в частное, - рассматривать монумент в его художественном смысле. Вероятно, здесь ему и стоять долгие годы.. Отсутствие "комода" эдесь ему даже идет на пользу, он максимально приближен к зрителю ... Наверное, и Трубецкой был бы рад такому решению...



Ведь, явно - художественное, "камерное" превалирует. Его, тяжеленького, взять бы в руку и повертеть на ладони, рассмотреть во всех подробностях, держа на весу ... Вспомнился один образ у Лема в его "Солярисе", когда пилоту космического корабля предстал его маленький сын - младенец голенький, только размеров чудовищных ...



Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments